В 21 веке, когда рабство давно отменено, истории о людях, прикованных цепью в сарае, должны быть пережитком прошлого. Однако трудовая и сексуальная эксплуатация процветает по сей день во всем мире. И Казахстан не является исключением – с начала года в стране зарегистрированы десятки уголовных дел по фактам заточения людей в неволю. Liter.kz рассказывает истории таких людей.

В рабство из детдома
Мадине 39 лет, из них 22 года она провела в рабстве в Карагандинской области. Девочкой она жила в детдоме, в 16 лет воспитательница забрала Мадину в совхоз. Через год неизвестные люди увезли ее на ферму. Все эти годы женщина провела там. Показывая нам свои огрубевшие от многолетней тяжелой работы руки, Мадина рассказала, что с ней происходило.

«Коров доила, кобыл доила, — перечисляет женщина. — Базу чистила, навоз таскала. Воду возила, лед долбила. Даже мужскую работу делала. Зимой и летом на улице. Деньги не платили, я ни копейки не видела. Беременная была — все равно работала», — сказала женщина.

За эти годы Мадина родила троих детей. Старшей дочери 17 лет, сыновьям 5 лет и 1 год. У всех детей разные отцы, но одинаковые условия: их забирали от матери в дом хозяев, заставляли называть ее по имени, а не мамой.

«Родила не по своей воле. Первый, конечно, не по любви. Насильно заставил. Он баранов пас. Второй уже по любви, влюбился он в меня. Третий тоже влюбился. Ещё там был один монгол, он меня бил, потому что я ему не давала. Это все рабочие видели… Детей моих отделили к хозяевам. А я с рабочими жила в бараке. Настраивали детей против меня», — призналась Мадина.

До рождения детей Мадина пыталась сбежать, но ее поймали в степи. После этого хозяева начали ее спаивать.

«Все 22 года я пила. Работа тяжелая, куда мне было деваться? Били меня палкой, руками, ногами. Они мне повредили позвоночник. Пятилитровый чайник кипятка на меня хозяйка вылила. Везде шрамы…», — говорит женщина.

Денег Мадине не платили. Пособие на детей, которое полагалось матери-одиночке, хозяева тоже забирали себе. Сейчас ее старшая дочь находится в Центре адаптации несовершеннолетних, младшие дети живут вместе с Мадиной в приюте фонда «Кайсар».

Мадине удалось вырваться из этого кошмара почти случайно, когда в фермерское хозяйство приехали юристы.

«Они приехали к нам на ферму, неожиданно. Всех рабочих собрали, спрашивали, как нам платят, все ли устраивает. Я одна вышла и сказала, что хочу уехать, найти маму и папу. Остальные рабочие побоялись рассказывать. Остались там», — добавила женщина.

На бывших хозяев Мадина написала заявление в полицию. Но пока результата нет. После 22 лет рабства она пытается восстановить документы и получить квартиру. Да и детей нужно пристроить в детский сад и школу.

Сорвался с цепи
Сергею Васильеву 52 года. Больше 20 лет мужчина провел в рабстве. Когда-то он с семьей жил в Темиртау, но супруга ушла от мужчины. У Сергея есть 30-летний сын, недавно родился и внук. История мужчины похожа на десятки подобных случаев: потерял работу, пошел по наклонной. В 90-х годах он работал на предприятии «Испат Кармет» (нынешний «АрселорМиттал Темиртау»), хорошо зарабатывал. Но со временем стал много пить. С завода его уволили, работы не было.

«Конец 90-х годов. Работы-то хватает, а вот с оплатой не очень. В 1997 году мне предложили съездить в Каркаралинск, посмотреть там в одном доме отопление. Я по профессии газоэлектросварщик, я могу отопление, водопровод варить. Не дипломированный, но тогда ещё был на все руки мастер. Теперь уже на одну руку… Привезли на место ночью. Как оказалось, никакой системы отопления не было. Паспорт, советский, отобрали. Заставили пасти скот», — рассказал Сергей Васильев.

Ему дали коня для того, чтобы пасти баранов. Но с конем Сергей не совладал и когда тот сорвался, мужчина упал с него. Он зацепился ногой за стремена, и конь протащил его без сознания по земле. Сергей сломал руку.

Спаивали, насиловали и заставляли рожать. 20 лет рабства по-казахстански 4
В больницу мужчину так и не отвезли. Через три дня отек сошел, дело пошло на поправку. Правда, рука так и не срослась правильно – выгибается под неестественным углом. На теле мужчины остались десятки шрамов.

За свою «карьеру» Сергей сменил не одного хозяина. В Каркаралинске его опоили и увезли в Костанайскую область к новым хозяевам.

«У них, у хозяев, все бесплатно. Они только кормят. Иногда одежду какую-то подсовывают. Чтобы ты не ушел. Они не смотрят, что я калека. Они сначала удивляются, на телефон снимают. В Интернет выкладывают – вот у меня какой рабочий есть, с одной рукой, а пашет, как мамонт. И побои были за эти 20 лет. Но оттуда я старался сразу уйти. Всякое бывало. Бывало, что зимой так: времянка, телевизор есть, DVD есть, а печки нету. На улице минус 30, и там минус 30. Нет печки. Нафиг мне телевизор, если я одетый сплю», — рассказал Сергей.

Мужчина показывает шрамы на ногах и спокойным голосом рассказывает о том, как его держали на цепи.

«Просто кусок шпалы, просверлен насквозь, цепь на нем закреплена, на плечо ее забрасываешь и с этой цепью ходишь. Полоса железа, неровно вырубленная. И натирала ногу сильно. Уже черви начали появляться. Я замотал тряпками, чтоб сильно не терло. Вечером баранов пригонял, мне давали кушать. Если сильно не избивали, то приковывали в сарае с баранами за стенку. Лекарства никого не было, рана подгнивала. И я мочился на нее, мочой поливал. Железо проржавело, я его камнем сломал», — добавляет Сергей Васильев.

Читайте также: Сотрудника прокуратуры уволили из-за записи разговора с полицейским в Актау

Сбежав из рабства, без денег и документов, Сергей добрался до Караганды. Кое-как прожил там три месяца и пешком отправился в Кокшетау. Там он нашел работу, поселился в общежитии. В 2002 году у него родилась дочь. Впрочем, в 2006 году семья лишилась комнаты и мужчина опять начал скитаться по фермам в поисках работы. Так он провел следующие 10 лет, но эту участь он уже выбрал сам. Сожительница с дочерью ушли от него.

Сейчас мужчина работает дворником. За свой труд впервые за многие годы он получает деньги.

Фактор уязвимости
Сергей и Мадина сейчас живут в центре для пострадавших от торговли людьми общественного фонда «Кайсар». Организация занимается спасением людей с 2011 года. Во временном пристанище сегодня проживают 11 человек, хотя государственный соцзаказ рассчитан всего на шестерых. Но людям необходимо место, где они могут жить в безопасности.

«К сожалению, в нашем обществе существуют различные мифы по поводу трудовой и сексуальной эксплуатации. Многие считают, что в такие ситуации попадают только выпускники детских домов или с алкогольной зависимостью, без определенного места жительства. Да, здесь есть доля правды. Но не это главное. Самый важный фактор – это уязвимое положение человека, а в уязвимом положении может оказаться любой. И с образованием, и тот, который занимал положение в обществе. Потому что схема торговли людьми многогранна. Вербовщики используют различные методы: и обман, и шантаж, и угрозы, и азартные игры. Всегда есть ниточки, за которые можно дергать», — рассказала председатель фонда «Кайсар» Оксана Тарабукина.

Правозащитники предполагают, что в условиях карантина, когда многие остались без работы и потеряли близких, количество людей в язвимом положении значительно выросло. А это может спровоцировать всплеск активности вербовщиков.

Спаивали, насиловали и заставляли рожать. 20 лет рабства по-казахстански 7
Правозащитники поясняют: уйти из рабства самостоятельно человеку не всегда по силам. Как физически, так и морально.

«Все зависит от того, насколько у человека достаточно ресурсов, — говорит Оксана Тарабукина. — Включая и ресурсы его психики. Потому что, на самом деле, здесь большую роль играет посттравматический синдром. И окружающие люди этого не понимают. Они думают, человек сам виноват, он сам так захотел, вот это не сказал, не сделал. А у него просто в психике нет ресурсов. Меняется психическое состояние даже от того, когда человек плохо питается. Многие страдают алкогольной зависимостью. Причем их спаивают там, зависимыми они становятся уже в условиях эксплуатации, это метод контроля. У нас есть люди, которые смогли адаптироваться, которых мы вытащили из этих сложных ситуаций».

Фонд спонсируется не только государством, помогают ему и Всемирная организация по миграции и Глобальный фонд США через общественное объединение «Сана Сезiм».

«Есть республиканский телефон горячий линии, есть наш, который мы распространяем через соцсети, СМИ, буклеты. Случай Мадины был выявлен именно по звонку. К нам поступило сообщение, что люди находятся в данном хозяйстве и просят о помощи, были названы имена мужчин. Когда мы приехали, в ходе разговоров и осмотра вместе с сотрудниками полиции, Мадина попросила нас забрать ее. К сожалению, уголовное дело хотят прекратить. Но мы будем бороться, подавать во все инстанции, чтобы довести дело до конца», — отметила председатель фонда.

ЧИТАТЬ ЕЩЁ •••